Главная » Женские штучки » Сами разберутся

Сами разберутся

Сами разберутся

Дело было во втором классе. У нас был хулиган Леха.

Такой маленький юркий мальчишка с волчьими глазами. Он получал удовольствие от того, что обижал слабых.

Да, Леха был трусом, но я этого тогда не понимала. И очень его боялась.

Он подходил и бил девочек, мальчишек послабее, или в паре с кем-то нападал. Сидя на скамейке ставил подножки, бросался пластмассовыми шариками, камнями или чем придется, обзывался и гоготал.

Я обходила Леху стороной. Если нужно было куда-то идти, и путь лежал мимо него, я холодела, в животе ныло от ужаса, и я…никуда не шла. Даже если было очень надо.

Лишь бы не столкнуться с ним.

Он, конечно, сильно отравлял жизнь девочкам нашего класса. И вот однажды он ударил меня. В раздевалке.

В живот, кулаком. Я не могла разогнуться до дома — так было больно. Дверь открыла мама, которая как раз пришла на обед.

Выслушав первые пару предложений, она взяла меня за руку и ринулась к нашему хулигану. Сначала она устроила ему такую головомойку, что проходившие мимо старшеклассники вытянулись в струнку. Потом пошла к его родителям и сделала внушение им.

Заодно и ближайшим соседям, как мне показалось. С тех пор Леха обходил меня за километр, а вместе с ним и все его товарищи.

Словно испарился. А я забыла о его существовании и моя жизнь в школе стала протекать намного спокойнее.

Еще с нами в классе училась девочка, как бы это правильно сказать, — не совсем здоровая. Не знаю, что с ней было точно, но явное отставание в развитии и повышенная эмоциональность. Стоит ли говорить, что она была любимой мишенью Лехи и ему подобных?

Над ней открыты и жестко издевались. Самое невинное – загоняли в угол школьного коридора и травили: пугали, делали вид, что вот-вот набросятся, рычали, дергали за косички… На это было больно смотреть. Она плакала, кричала, иногда, беспомощно зажмурив глаза, махала перед собой портфелем, отгоняя обидчиков.

Помню, как мы с подружкой пытались за нее заступаться, закрывали ее, прятали, утешали, когда она плакала, жаловались учительнице. Но это мало помогало. Через день все начиналось заново.

Меня тогда очень удивляло — где ее мама? Папа?

Почему не придут в школу и не разберутся с обидчиками дочери? Нас, детей, они не слушают, а взрослых послушают (мой личный пример — тому доказательство). А Эвелина (так звали ту девочку) ответила: Мама сказала, что я должна сама разбираться.

Она не будет вмешиваться. В моей детской голове это никак не укладывалось. Если честно, не укладывается до сих пор…

В старшей школе появились новые поводы для расстройства. Например, одна подруга перестала со мной общаться, переметнувшись к группе выпускниц. Но стоило маме в ответ на мои жалобы спокойно сказать: Не обращай внимания, значит, это не подруга и не нужно из-за нее переживать, — мне сразу стало легче.

Буквально в ту же минуту. Видимо, мне нужно было, чтобы кто-то старший и более мудрый разложил все по полочкам, объяснил что к чему.

Потому что сама я на тот момент, в силу неопытности и юношеского максимализма, воспринимала ситуацию крайне драматично.

Вообще, в детстве была тьма, как тогда казалось, сложных или просто непонятных ситуаций. Почему вчерашний друг вдруг решил сегодня дружить с кем-то против тебя?

Весь класс пресмыкается перед абсолютно заурядной, не очень умной и капризной девочкой, у которой бабушка живет в Канаде. Почему?

В те дикие 90-е за жвачку девочка Вера могла купить себе подруг, за импортный ластик обзывать кого угодно и как угодно, а он только улыбался в ответ, счастливо сжимая в руке щедрый дар. Мальчики носили Вере портфель, дружно влюблялись в нее (вернее, изображали влюбленность — и все это понимали), лишь бы она пригласила к себе домой, где есть настоящий видеомагнитофон и импортные печенья… Нам с одной девочкой не хотелось перед ней пресмыкаться. По-честному не хотелось такую подругу — просто с ней было неинтересно.

И если бы не мама, ее спокойный, но уверенный голос и такие нужные слова поддержки, я бы, наверное, считала поведение одноклассников нормой и вела себя так же. Или верила бы, что у нее-то настоящие друзья, а вот со мной что-то не так, и со мной не дружат, потому что я хуже. Сколько себя помню, мамины слова всегда оказывались тем компасом, который показывал правильное направление.

А еще тем, что дает защиту и уверенность. Становилось легко и просто, и все эти терки между одноклассниками не доставляли обид.

И вот теперь, как в старой шутке, мама — это я. Сын — будущий первоклассник, возраст первого активного самостоятельного общения со сверстниками и первых серьезных конфликтов. Понимаю, что их не избежать, более того — они нужны.

Детские ссоры, все эти сегодня дружу, завтра нет — часть взросления. Но родители должны помогать детям разбираться — это мое глубокое убеждение. Учить их видеть ситуацию объективно, правильно реагировать.

И да, порой необходимо вмешиваться. Несмотря на то что слово это носит вроде как негативный окрас.

А позиция сами разберутся — зачастую вовсе не мудрость, а просто лень. Ну или непонимание, что то, что взрослым кажется ерундой, детским лепетом, для малышей очень серьезно.

Это, конечно, не призыв встревать везде и всюду. Нет.

Но когда возникает затяжной конфликт, или травля, или недопонимание, кто поможет детям разобраться? Ведь у них самих опыта нет.

Сами разберутся

С сыном перестал общаться его давний друг. Обиделся на то, что мой дружит не только с ним.

Сначала я просто успокоила ребенка, чтобы не переживал, и пока они просто не общались, не вмешивалась. Но потом обидевшийся мальчик стал задираться, обзываться, толкаться на переменах и прочая. Когда я попросила его маму обратить на это внимание и объяснить ребенку, что так себя вести не следует, она ответила: А что я могу?

Это его дело. Он обиделся. Да, он у нас такой, и я ничего делать не буду, сами разберутся.

То есть то, что можно обидеться и не общаться, но при этом совсем не обязательно вести себя агрессивно, он должен был сам понять. Как-нибудь. Когда-нибудь…

И подобные примеры сплошь и рядом. Я наблюдала, как во дворе играли мальчишки, разбившись на две команды. В каком-то момент один мальчик просто так, на ровном месте стал дубасить кулаками соперников.

Вовсе не играючи — по лицу, по голове, а его приятель, подхватил инициативу и стал бросаться ледяными глыбами. Папы обоих мальчиков стояли в двух метрах, все видели и никак не реагировали.

Готова поспорить, что ход их мыслей был таким: Это же пацаны, они должны драться. Но игра должна оставаться игрой.

Если вопрос стоял о воспитании мужественности, то, наверное, не мешало бы объяснить ребятам, что нужно не только уметь драться, но и знать, когда и с кем это стоит делать.

Обратный пример: есть у сына приятель, который первое время от большой любви постоянно стремился его обнять, прижать к себе, хлопнуть по плечу, но не рассчитывал силу и получалось грубо. Сын решил, что его хотят обидеть.

Пришлось растолковать, что все как раз наоборот. И мама того мальчика вмешалась и сказала своему ребенку, что не всем нравится такая вот любовь и лучше просто играть вместе.

Мальчишки научились ладить и дружат. А если бы мы не вмешались, это недопонимание переросло бы в конфликт.

Понятно, что самостоятельность необходима. Но если ребенок сталкивается с чем-то впервые, как он поймет, что прав или наоборот не прав?

Мы же объясняем, что обзываться нехорошо, что обижать девочек нельзя, как и выбегать на дорогу, высовываться из окна, в конце концов, мы же требуем от них послушания. А если реакция да, он такой, и что я сделаю?, то что же будет, когда ему стукнет 15? Но это уже отдельная тема.

Я же хотела сказать только одно: родители, как мне кажется, не должны перекладывать все на детские плечи, прикрываясь фразами о невмешательстве. Во всем нужна мера. А общению, дружбе и решению конфликтов тоже нужно учиться.

И кто как не мама с папой в этом помогут.

О

x

Check Also

Зимнее путешествие в мир игрушек

В полумраке комнаты светится золотыми огнями украшенная ёлка. У её основания стоит старинный Дед Мороз ...

Зима — пора душевной теплоты

Осталось совсем мало, немножко, буквально чуть-чуть и она закончится. Очередная зима еще раз будет прожита ...

Зима близко

Страх старости, неподъемного груза прожитых лет – чувство, которого сложно избежать. Благо бояться есть чего ...

Жизнь, жительствующая в медвежьем углу

В Греции я люблю останавливаться в маленьких семейных гостиницах. Таких, где горничной не принято оставлять ...