Главная » Женские штучки » Ребёнок, я иду тебя искать

Ребёнок, я иду тебя искать

Наверное, одним из самых трудных моментов в процессе принятия ребенка-сироты в семью становится собственно его поиск. На будущих приемных родителей накладывается огромнейшая ответственность: ошибиться нельзя – в противном случае плохо будет всем, но хуже всего – именно ребенку, и без того уже сполна хлебнувшему горькой чаши сиротства, а теперь остро чувствующему отчуждение и нелюбовь своей новой семьи.

В каких-то случаях промедление смерти подобно, но в процессе поиска ребенка гораздо более опасна напрасная поспешность.

Главное здесь – суметь почувствовать и быть полностью уверенным, что именно этот человечек и никакой другой – ваш долгожданный сынок или дочка, при этом не утонуть в многочисленных детских фотографиях, размещенных в интернете, в доступных у федерального и региональных операторов анкетах детей-сирот.

Возможность приемных родителей самостоятельно определять пол, возраст и даже внешние данные будущего ребенка порой оказывает для них плохую услугу: настрадавшиеся от многолетнего бесплодного ожидания усыновители, оказавшись в некоторой степени в роли Господа Бога для самих себя, начинают либо задавать совершенно нереальные параметры поиска, либо лихорадочно отсматривать как можно большее число детей, постоянно отбраковывая все кандидатуры из-за какого-то ерундового несоответствия раз и навсегда сформулированным требованиям.

Однажды к нам пришла супружеская пара с жалобой на сотрудников опеки, которые якобы нарочно затрудняли им поиск ребенка. При этом глава семьи сказал, что у них существует не так уж много требований к будущему приемному ребенку: это должна быть девочка десяти лет с голубыми глазами, блондинка, она должна уметь играть на скрипке и в совершенстве знать французский язык. И это простые требования к ребенку, который воспитывался в детском доме!

Я сказал, что у нас есть девочка с такими внешними данными, но вместо скрипки она отлично умеет играть на нервах и в совершенстве владеет русским матерным, и только от них уже зависит все остальное, чему она научится. Эта пара на меня чрезвычайно обиделась, решила, что я издеваюсь над их чувствами, и ушла (из рассказа преподавателя школы приемных родителей).

Скажу честно, с самого начала учебы в школе приемных родителей процесс поиска ребенка меня почему-то пугал гораздо меньше, чем процесс сбора документов для опеки. Всей душой не люблю бумажную волокиту, поэтому получение многочисленных справок и бумажек заранее вызывало огромное отвращение и внутренний напряг, особенно обход врачей и диспансеров для получения медицинского заключения[1].

Процесс же поиска ребенка представлялся мне перспективой весьма отдаленной и поэтому достаточно абстрактной – вот отучусь в школе приемных родителей, потом соберу документы для опеки и уж тогда и начну искать. В общем, сплошное я подумаю об этом завтра.

Единственное, о чем мы договорились с мужем до начала учебы, что будем брать девочку совсем маленькую, не старше года ну а потом, в достаточно отдаленном будущем, если все будет хорошо, то возьмем еще и мальчика. В общем, определили волевым решением перспективный план развития семьи на годы вперед.

С этой установкой (сначала девочка, потом – может быть, мальчик) я пошла в школу приемных родителей, даже купила специально две тетрадки: на обложке одной игрушечная медведица мама с дочкой, на другой – с сыном вести записи я начала в девчачьей тетрадке, ну а потом когда-нибудь в ход должна была быть пущена и мальчиковая.

Ребёнок, я иду тебя искать

На одном из занятий преподаватель (сама мама двух приемных деток) проводила с нами тренинг: на середину зала был вынесен большой пакет с мягкими игрушками, надо было вслепую вытащить игрушку и описать ее как своего будущего ребенка: какой он, что нравится в нем, что не нравится и т.д. Я отчаянно зажмурилась и… вытащила небольшую собачку.

Ура! Уже хорошо, что не змею, как сидевшая рядом со мной женщина. Мой будущий ребенок мне очень нравится, — написала я первую фразу, — он добрый, надежный, любит меня. Потом посмотрела внимательно на игрушку еще раз и вдруг поняла, что мой будущий ребенок – МАЛЬЧИК!

Да, тренинг каким-то образом выступил в роли лакмусовой бумажки: я поняла, что в общем-то обманывала сама себя, говоря, что хочу стать мамой девочки поняла, почему в детских магазинах у меня не вызывали никакого умиления многочисленные пышные платьица, бантики и прочий девичий гламур почему наскоро отсмотрев фотографии малышек в интернет-базах, я внимательно изучала все имеющиеся в открытом доступе данные молодых людей в возрасте от нуля и немного старше. Ну, вот как можно было так долго заблуждаться?

Вернувшись домой с занятия, я первым делом поделилась открытием с мужем: Любимый, ты знаешь, я поняла, что хочу стать мамой не девочке, а мальчику хочу, чтобы у нас был сын!.

Реакция мужа: Правда. Ты это серьезно?!.

Я: Да, поэтому тебе и говорю, ведь ты же хочешь девочку! Как нам теперь быть?.

Муж: Слава Богу! Я с самого начала хотел сына, но просто не стал тебе говорить, чтобы не расстраивать, ведь ты же так мечтала о дочке!

Я решил, что ладно, пусть тогда будет девочка.

С этого дня я стала зависать в интернете на фотографиях и видеопаспортах мальчиков по всем областям Российской Федерации. Проблема была в том, что мне нравился почти каждый малыш, а если не нравился, то было его просто очень жаль: видно было насколько тяжело болен ребенок и было понятно, что, скорее всего, никто его и не возьмет.

В общем, обычно просмотр анкет заканчивался слезами – или от умиления, или от жалости. Кроме того, я регулярно отправляла своей подруге по электронной почте письма под общим названием Мужчины моей мечты с ссылками на понравившиеся анкеты.

В общем, серьезным такой подход к поиску ребенка, конечно, не был, но вместе с тем, это не был и настоящий поиск – скорее, просто прикидки на некое отдаленное будущее.

Тем не менее, они сыграли свою положительную роль: постепенно нам становилось все понятнее, какого ребенка мы ищем, т.к. достаточно четко были определены важные для нас параметры:

— Возраст – не совсем младенец, примерно от года до трех лет.

— Здоровье – без органических поражений центральной нервной системы и без таких заболеваний, которые могли бы привести к смерти ребенка. Мы готовы были принять малыша с хроническими заболеваниями, лечить его, выхаживать, но брать ребенка, заранее зная, что он обречен – на это не хватило бы никаких душевных сил.

— Внешность – здесь никаких особых пожеланий изначально не было, но со временем, как раз изучая анкеты, я поняла, что не очень хотела бы брать национального ребенка, хотя на занятиях в школе приемных родителей врачи, читавшие нам лекции, обращали внимание на тот факт, что восточные дети чаще всего отличаются более крепким состоянием здоровья, большей сохранностью по сравнению с детьми российских алкоголиков и наркоманов.

К поиску ребенка мы решили приступить летом, во время наших отпусков. Однако в итоге все сложилось совершенно иным образом. С нами произошло Чудо.

Да, самое настоящее Чудо, о котором нам рассказывали в школе приемных родителей.

Вечером 17 февраля я по уже сложившейся традиции перед сном полезла в интернет посмотреть фотографии малышей на разных сайтах, перешла с ссылки на ссылку, потом еще на одну и еще, и… На меня с экрана компьютера смотрел СЫН. Сомнений быть не могло – зареванный малыш с огромными печальными глазами и диатезом был тем, кого мы ждали так долго. Любимый, посмотри, вот наш малыш, — позвала я мужа, — теперь надо молиться, чтобы нам его забрать.

Ребёнок, я иду тебя искать

Забегая вперед, скажу, что в этой истории будет много мистических вещей, необъяснимых иначе как Божьим промыслом: одно из них – это первая встреча с нашим сыночком в канун праздника почитаемой мною иконы Божией Матери Взыскание погибших, к чудотворному образу Которой я не раз приходила молиться в храм Воскресения Словущего в Брюсовом переулке. Пройдет не так много времени, и я снова припаду именно к этому образу Пречистой в отчаянной мольбе помочь нам и сохранить нашего малыша для нас.

И снова Заступница Усердная рода христианского, Матерь всех сирот придет на помощь.

[1] И, разумеется, ожидания меня не обманули – необыкновенный кросс-квест по диспансерам до сих пор вспоминаю с содроганием: у психиатра меня обматерили – врач устала, и я ей просто не понравилась у дерматолога несколько раз теряли мои анализы, потом, правда, нашли все оптом в процессе же поиска наркологического диспансера я чуть не заработала тепловой удар – никак не могла найти нужную улицу, а приставать к прохожим с вопросом где находится наркологический диспансер как-то постеснялась.

О admin

x

Check Also

Зимнее путешествие в мир игрушек

В полумраке комнаты светится золотыми огнями украшенная ёлка. У её основания стоит старинный Дед Мороз ...

Зима — пора душевной теплоты

Осталось совсем мало, немножко, буквально чуть-чуть и она закончится. Очередная зима еще раз будет прожита ...

Зима близко

Страх старости, неподъемного груза прожитых лет – чувство, которого сложно избежать. Благо бояться есть чего ...

Жизнь, жительствующая в медвежьем углу

В Греции я люблю останавливаться в маленьких семейных гостиницах. Таких, где горничной не принято оставлять ...