Главная » Православный ликбез » О христианской любви

О христианской любви

О христианской любви

Мы так привыкли к словосочетанию христианская любовь, мы столько раз слышали проповеди о ней и призывы к ней, что нам трудно бывает постичь вечную новизну, необычность того, что заключено в этих словах. На новизну эту указывает Сам Господь в Своей прощальной беседе с учениками: Заповедь новую даю вам, да любите друг друга ( Ин. 13:34 ; здесь и далее жирный шрифт в цитатах принадлежит автору статьи).

Но ведь о любви, о ценности и высоте любви мир знал и до Христа, и разве не в Ветхом Завете находим мы те две заповеди – о любви к Богу ( Втор. 6:5 ) и о любви к ближнему ( Лев. 19:18 ), про которые Господь сказал, что на них утверждаются закон и пророки ( Мф.

22:40 )? И в чем же тогда новизна этой заповеди, новизна, притом не только в момент произнесения этих слов Спасителем, но и для всех времен, для всех людей, новизна, которая никогда не перестает быть новизной?

Чтобы ответить на этот вопрос, достаточно вспомнить один из основных признаков христианской любви, как он указан в Евангелии: любите врагов ваших. Помним ли мы, что слова эти заключают в себе не иное что, как неслыханное требование любви к тем, кого мы как раз не любим? И потому они не перестают потрясать, пугать и, главное, судить нас. Правда, именно потому что заповедь эта неслыханно нова, мы часто подменяем ее нашим лукавым, человеческим истолкованием ее – мы говорим о терпении, об уважении к чужому мнению, о незлопамятстве и прощении.

Но как бы ни были сами по себе велики все эти добродетели, даже совокупность их не есть еще любовь. И новую заповедь, возвещенную в Евангелии, мы поэтому все время подменяем старой – любовью к тем, кого мы уже и так по-человечески любим, любовью к родным, к друзьям, к единомышленникам. Но мы забываем при этом, что про эту – только природную, человеческую любовь в Евангелии сказано: кто любит отца или мать сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня ( Мф.

10:37 ) и кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер тот не может быть Моим учеником ( Лк. 14:26 ). А если придти ко Христу и означает исполнение Его заповедей, то, очевидно, христианская любовь не только есть простое усиление, распространение и увенчание любви природной, но коренным образом от нее отличается и даже противопоставляется ей. Она есть действительно новая любовь, подобной которой нет в этом мире.

Но как же возможно исполнение этой заповеди? Как полюбить тех, кого не любишь – не только врагов в прямом смысле слова, но и просто чужих, далеких, не имеющих к нам отношения людей, всех тех, с кем ежечасно нас сталкивает жизнь?

Ответить можно только одно. Да, эта заповедь была бы чудовищной и невозможной, если бы христианство состояло только в заповеди о любви. Но христианство есть не заповедь только, но и Откровение и дар любви.

И только потому любовь и заповедана, что она – до заповеди – дарована нам. Только Бог есть любовь.

Только Бог любит той любовью, о которой говорится в Евангелии. Человек не может так любить, потому что эта любовь есть Сам Бог, Его Божественная природа. И только в Боговоплощении, в соединении Бога и человека, то есть в Иисусе Христе, Сыне Божием и Сыне Человеческом эта Любовь Самого Бога, лучше же сказать – Сам Бог Любовь явлены и дарованы людям.

В том новизна христианской любви, что в Новом Завете человек призван любить Божественной Любовью, ставшей любовью Богочеловеческой, любовью Христовой. Не в заповеди новизна христианской любви, а в том, что стало возможно исполнение заповеди. В соединении со Христом в Церкви, через Таинства Крещения и Причащения Телу и Крови Его, мы получаем в дар Его Любовь, причащаемся Его любви, и она живет и любит в нас. Любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам ( Рим.

5:5 ), и Христом заповедано нам пребывать в Нем и в Его любви: пребудьте во Мне, и Я в вас ибо без Меня не можете делать ничего пребудьте в любви Моей ( Ин. 15:4-5,9 ).

Пребыть во Христе – это значит быть в Церкви, которая есть жизнь Христова, сообщенная и дарованная людям, и которая поэтому живет любовью Христовой, пребывает в Его любви. Любовь Христова есть начало, содержание и цель жизни Церкви. Она есть, по существу, единственный, – ибо все остальные объемлющий – признак Церкви: по тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою ( Ин.

13:35 ). В любви – святость Церкви, потому что она излилась в сердца наши Духом Святым. В любви – апостольство Церкви, потому что она всегда и всюду есть все тот же единый апостольский союз – союзом любви связуемый. И если я говорю языками человеческими и ангельскими Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, – то я ничто.

И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы ( 1Кор. 13:1-3 ). А потому только любовь всем этим признакам Церкви – святости, единству и апостольству сообщает действительность и значимость.

Но Церковь есть союз любви не только в том смысле, что в ней все любят друг друга, но прежде всего в том, что через эту любовь всех друг к другу она являет миру Христа и Его любовь, свидетельствует о Нем, любит мир и спасает его любовью Христовой. Она любит во Христе – это значит, что в Церкви Сам Христос любит мир и в нем каждого из братьев сих меньших. В Церкви каждый таинственно получает силу всех любить любовью Иисуса Христа ( Флп.

1:8 ) и быть носителем этой любви в мире.

Этот дар любви преподается в Литургии, которая есть таинство любви. Мы должны понять, что в Церковь, на Литургию мы идем за любовью, за той новой Богочеловеческой любовью Самого Христа, которая даруется нам, когда мы собраны во имя Его. В церковь мы идем, чтобы Божественная любовь снова и снова излилась в сердца наши, чтобы снова и снова облечься в любовь ( Кол.

3:14 ), чтобы всегда, составляя Тело Христово, вечно пребывать в любви Христа и ее являть миру. Через литургическое собрание исполняется Церковь, совершается наше приобщение ко Христу, к Его жизни, к Его любви, и составляем мы многие – одно тело.

Но мы, слабые и грешные, можем только захотеть этой любви, приготовить себя к ее приятию. В древности поссорившиеся должны были помириться и простить друг друга прежде, чем принять участие в Литургии. Все человеческое должно быть исполнено, чтобы Бог мог воцариться в душе. Но только спросим себя: идем ли мы к Литургии за этой любовью Христовой, идем ли мы так, алчущие и жаждущие не утешения и помощи, а огня, сжигающего все наши слабости, всю нашу ограниченность и нищету и озаряющего нас новой любовью?

Или боимся, что эта любовь действительно ослабит нашу ненависть к врагам, все наши принципиальные осуждения, расхождения и разделения? Не хотим ли мы слишком часто мира с теми, с кем мы уже в мире, любви к тем, кого мы уже любим, самоутверждения и самооправдания? Но если так, то мы и не получаем этого дара, позволяющего действительно обновить и вечно обновлять нашу жизнь, мы не выходим за пределы себя и не имеем действительного участия в Церкви.

Не забудем, что возглас возлюбим друг друга есть начальное действие Литургии верных, евхаристического священнодействия. Ибо Литургия есть таинство Нового Завета, Царства любви и мира. И только получив эту любовь, мы можем творить воспоминание Христа, быть причастниками плоти и крови, чаять Царства Божьего и жизни будущего века.

Достигайте любви – говорит Апостол ( 1Кор. 14:1 ). И где достичь ее, как не в том таинстве, в котором Сам Господь соединяет нас в Своей любви.

Из книги Евхаристия. Таинство Царства.

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

О Татьяна

x

Check Also

Скорби в нашей жизни — читать, скачать — епископ Александр (Милеант)

Скорби в нашей жизни Содержание 1. Неизбежность скорбей Ежедневно жизнь убеждает нас, что скорби неизбежны. ...

Септуагинта и Вульгата в свете исследований рукописей Мертвого моря

Септуагинта и Вульгата в свете исследований рукописей Мертвого моря В статье рассматривается соотношение редакций Библии ...

Семантика смирения в агиографическом тексте: историко-лексикографический аспект

Семантика смирения в агиографическом тексте: историко-лексикографический аспект 2010 г. Московский государственный областной университет Сообщается о ...

Сектантство в Православии и Православие в сектантстве — читать, скачать — архиепископ Иоанн (Шаховской)

Сектантство в Православии и Православие в сектантстве Ошибочно думать, что все православные суть действительно не ...