Сиреневый день
Магия, здоровье, дети, мой юрист, туризм, уют, кулинар, красота, авто

7 фактов о религиозной революции Мартина Лютера

18 февраля 1546 умер отец Реформации немецкий богослов Мартин Лютер.

Его 95 тезисов положили конец Средним векам и привели к образованию новой конфессии, но сам он считал Реформацию губительной, а свое учение непонятым.

7 фактов о религиозной революции Мартина Лютера

Мартин Лютер был выходцем из бедных крестьян, о чем сам всегда с гордостью говорил: «Я сын крестьянина, мой отец, дед и прадед были чистые крестьяне».

Несмотря на происхождение, хорошие отношения с бюргерской семьей Котто позволили Лютеру получить философское образование в университете Эрфурта.

Лютер был блестящим студентом, родители прочили ему карьеру юриста, но два события резко изменили не только жизнь Лютера, но и, как оказалось, ход мировой истории.
Во время студенчества Лютеру пришлось похоронить лучшего друга – в молодого человека ударила молния. Смерть друга сильно повлияла на Лютера.

Он невольно стал задавать себе вопрос, что станется с ним, если его так же внезапно призовет Бог.
Вскоре после этого, возвращаясь в Эрфурт после летних каникул, Лютера также настигла неожиданная гроза. Оглушительный удар грома раздался вблизи, молния ударила в нескольких шагах от него. В ужасе он воскликнул: «Святая Анна, помоги мне!

Я буду монахом!» Фраза вырвалась непроизвольно, но Лютер был не из тех, кто отступается от своего слова.

Через две недели он исполнил свой обет.

Одним из переломных моментов в жизни Лютера, который впервые зародил в нем сомнение в правоте католической церкви, это его поездка в Рим. Путешествие произвело на молодого монаха крайне негативное впечатление.

Лютер был немцем от головы до пят, практичность, строгость и простота были национальными особенностями его натуры.

Кроме того, он принадлежал к ордену Августинцев, члены которого проповедовали аскетический образ жизни. И тут немецкий монах попадает в Италию, в сам Вечный город Рим, где роскошная жизнь является неотъемлемым атрибутом жизни церкви. Лютер с ужасом потом вспоминал о нечестивости римлян, алчности духовенства, его вовлечении в светскую политику, передавая старинную пословицу: «Если есть ад под землей, то Рим построен на его сводах».

В Риме Лютер слышал хвастливые речи монахов, утверждавших, что папский мизинец сильнее всех немецких властителей; слышал обидные клички, даваемые его соотечественникам. Для такого обожателя папства, каким был Лютер, это впечатление было убийственным.

Впоследствии он говорил, что не взял бы и 100 тысяч тайлеров за эту поездку в Рим, которая открыла ему глаза.

Главным камнем преткновения и последней каплей для Лютера стал вопрос об индульгенции. Как известно, «продажа» прощения грехов была достаточно распространенной практикой в Средние века.

Разумеется, официально это не считалось коммерцией.

Согласно катехизису, католическая церковь обладает бесконечным количеством божественной благодати и может даровать отпущение временной кары за грехи, то есть епитимьи. Но для этого человек должен отдать самое дорогое, эквивалентом «самого дорогого» охотно признавались деньги. Хотя сами «торговцы билетами в рай» часто извращали принятый канон, выставляя грамоту как стопроцентную гарантию за отпущение грехов.

Именно так поступал доминиканец Тецель, человек с сомнительной репутацией, но ораторским дарованием.

В пламенных выражениях он выхвалял народу чудодейственную силу своего товара.

У него была особая цена для каждого преступления: 7 червонцев за простое убийство, 10 – за убийство родителей, 9 – за святотатство и так далее. Ему верили, люд сбегался к нему за грамотами, кто-то расставался с последними грошами, только бы избавить душу от мук чистилища.

В 1517 году он появился в окраинах Виттенберга, где Лютер преподавал богословие. Возмущенный тем, что его паства предпочитает купить отпущение, нежели раскаяться, Лютер попытался разубедить народ. Когда это не помогло, он обратился к вышестоящим чинам – архиепископу Альбрехту, который получал свои барыши от продажи индульгенций.

Он лаконично посоветовал навязчивому богослову не наживать себе врагов.